February 15th, 2017

Королевы и "Стрелы амура".

Оригинал взят у la_gatta_ciara в Королевы и "Стрелы амура".
Пока вы все еще находитесь под впечатлением от вчерашнего Дня всех влюбленных, думаю, очень кстати будет мой пост про шпильки для волос и броши «Стрелы амура».

В XIX  веке женские украшения, как сказали бы сегодня, были частью стильного образа дам. Например, когда вслед за французской императрицей Жозефиной все женщины мира стали одеваться «а-ля античная богиня», то в моду вошли тиары, гребни, браслеты и камеи такие же, как на скульптурных портретах римских матрон. С увлечением рококо в середине XIX века (тут вся ответственность ложится на другую французскую императрицу — Евгению) волосы и платья стали украшать цветами — живыми, шелковыми или усыпанными бриллиантами. И в течение всего этого XIX века, вне зависимости от стиля и моды, было популярно украшение «Стрела амура».




Francois-Xavier Fabre, 1803. Portrait de Mme. Louis-Francois Bertin
Collapse )

символы

Оригинал взят у mi3ch в символы
В продолжение темы символики натюрморта


Ян Давидс де Хем. Цветы в вазе. Между 1606 и 1684 годом

Жан Кальвин  учил, что повседневные вещи обладают скрытым значением, а за всяким изображением должен стоять моральный урок. Предметы, изо­браженные в натюрморте, многозначны: их наделяли назидательным, рели­гиозным или иным подтекстом. Например, устрицы считались эротическим символом, и современникам это было очевидно: устрицы якобы стимулиро­вали сексуальную потенцию, да и Венера, богиня любви, родилась из рако­вины. С одной стороны, устрицы намекали на мирские соблазны, с другой — раскрытая раковина обозначала душу, готовую покинуть тело, то есть сулила спасение. Строгих правил, как читать натюрморт, конечно, не суще­ствовало, и зритель угадывал на холсте именно те символы, которые хотел видеть.

Цветочный натюрморт

Вплоть до XVIII века букет цветов, как правило, символизировал бренность, ведь земные радости так же преходящи, как красота цветка. Символика расте­ний особенно сложна и неоднозначна, и уловить смысл помогали популярные в Европе XVI–XVII веков книги эмблем, где аллегорические иллюстрации и девизы сопровождались пояснительными текстами. Цветочные композиции было непросто интерпретировать: один и тот же цветок имел множество зна­чений, иногда прямо противоположных. Например, нарцисс указывал на само­влюбленность и одновременно считался символом Богоматери. В натюрмор­тах, как правило, сохранялись оба значения образа, и зритель был волен вы­брать один из двух смыслов или совместить их.

Цветочные композиции часто дополнялись плодами, мелкими предметами, изображениями животных. Эти образы выражали основную мысль произве­дения, подчеркивая мотив быстротечности, увядания, греховности всего земного и нетленности добродетели.

На картине Яна Давидса де Хема  у основания вазы худож­ник изобразил сим­волы бренности: увядшие и сломанные цветы, осыпавшиеся лепестки и засох­шие стручки гороха. Вот улитка — она ассоциируется с душой грешника. В центре букета мы видим сим­волы скромности и чистоты: полевые цветы, фиалки и незабудки. Их окру­жают тюльпаны, символизирующие увядающую красоту и бессмысленное расточительство (разведение тюльпанов считалось в Голландии одним из самых суетных занятий и к тому же недешевым); пыш­ные розы и гвоздики, напоминающие о недолговечности жизни. Венчают композицию два крупных цветка, имеющие положительное значение. Синий ирис олицетворяет отпу­щение грехов и указывает на возможность спасения через добродетель. Крас­ная гвоздика, которая из-за своего местоположения в букете  сменила трак­товку, символизирует искупительную жертву Хри­ста. Другие символы спасе­ния — это хлебные колоски, а бабочка, сидящая на стебле, олицетворяет бес­смертную душу.

Collapse )